?

Log in

 
 
16 Декабрь 2013 @ 13:10
Гоа, день шестой  
Старый Гоа, Панаджи, Дона Паула, пешком из Кандолима в Багу, сборы в Хампи

С каждым днём Гоа уплывает от меня всё дальше и дальше. Из памяти уходят детали нашего путешествия, путается очередность событий, и уже только фотографии помогают восстановить, что за чем следовало. Дописав предыдущую главу, я поняла, что упустила в ней, наверное, самое главное. Вечером, пока Сурья вёз нас обратно в отель по извилистым гоанским улочкам, мы вдруг поняли, что экскурсионный тур в Хампи – это скучно и вообще это «не по-нашему», а поездка на автобусе – это пока страшно. И что, даже если это не лучший вариант во всех отношениях, мы хотим ехать в Хампи с Сурьей. Об этом мы сообщили ему вчера и запланировали поездку на пятницу и субботу.

Но сегодня был только четверг. И мы предприняли вторую попытку доехать до Старого Гоа. Без пробок дорога заняла у нас всего около получаса. Ездить по Гоа на машине мне очень нравилось. Смотря в окно, получаешь столько информации и столько эмоций, что дух захватывает! По дороге в Старый Гоа мы проезжали поля, разбитые на небольшие плантации, там морскую воду высушивают на солнце и таким образом производят соль. Проезжали коричневую полноводную реку Мандови, видели на ней огромные корабли. Ох, сколько всего мы видели! Жаль, что с каждым днём картины этого путешествия потихоньку стираются из памяти, и сейчас я тороплюсь записать то, что ещё живо во мне.

Когда мы въехали в Старый Гоа, Сурья только и успевал направлять наши взоры то направо, то налево, говоря «Это очень старый португальский дом», «О, и это тоже очень старый португальский дом»! На нас колониальная архитектура почему-то не производила особенного впечатления, но мы уважительно кивали головами.

Довезя нас до главной площади, Сурья рассказал, где какие храмы и музеи, а сам остался ждать нас в машине. И мы пошли осматривать достопримечательности.

Старый Гоа стал столицей незадолго до вторжения португальцев, а во времена расцвета их колонии он стал одним из красивейших городов мира. В 16 веке по количеству жителей он обогнал Лондон, а по красоте его сравнивали с Лиссабоном. Сейчас трудновато в это поверить, но центральные соборы Старого Гоа и по сей день поражают величием и богатым убранством.

Когда мы приехали, на главной площади ещё стояли праздничные навесы, оставшиеся после дня Святого Франциска Ксавьера, а у памятника этому святому возвышалась целая груда цветов. Мы добавили туда ещё одну гирлянду, купленную на площади.

Первым делом мы, конечно, посетили гигантскую базилику Бом Иисуса. Её масштабы поистине поражают воображение. Мы тихонько прошли внутрь, почитали на информационных стендах о грандиозных заслугах святого Франциска и о том, как много он сделал для гоанцев. Читая эти сладкие хвалы, я уже тогда подозревала, что что-то здесь не чисто. Позже я узнала, что Франциск Ксавьер был жестоким инквизитором, который буквально огнём и мечом крестил местное население, а колокол на центральной площади каждый день созывал народ смотреть на казни. Но с годами кровавые деяния святого подзабылись, и его стали почитать как покровителя Гоа. Даже в непраздничные дни набожные гоанцы толпами идут поклониться его мощам.

Базилика Бом Иисуса

На другой стороне площади – ещё два храма. В кафедральный собор Св. Екатерины мы заглянули ненадолго, там было много верующих, и мы не хотели им мешать. В соборе Св. Франциска Ассизского сейчас не ведутся богослужения, поскольку идёт реставрация. Воспользовавшись этим, мы медленно обошли его и внимательно рассмотрели всё внутри. Забавно, что скульптурные изображения католических святых имеют характерные индийские лица. Да и вообще всё здесь пропитано местным колоритом, даже Иисус чем-то напоминает статуи индуистских богов. Как бы ни старался Святой Франциск Ксавьер, а многовековую культуру нельзя начисто истребить и навязать новую.

Крест на центральной площади

Побывав во всех трёх соборах, мы пошли в археологический музей. Не буду описывать всего, но он замечательный. Там собрана прекрасная коллекция экспонатов, дающих представление обо всех этапах истории Гоа. Здесь и древние каменные стелы, и статуи, и макеты кораблей, и портреты правителей, и монеты, и марки, и карты. А на первом этаже есть даже внутренний дворик, где можно передохнуть после осмотра экспозиции. Мне почему-то особенно запомнились в этом музее мемориальные камни (возможно, существует другой устоявшийся перевод понятия «hero stones», но я что-то его не нашла) – это тяжеленные каменные плиты, сплошь покрытые резьбой, в древние времена их ставили в каждой деревне. Каждый камень разделен на три части, находящиеся одна над другой. Самая нижняя часть показывает, как воин героически гибнет в бою. Во второй части изображен процесс его вознесения на небеса. А в самой верхней части герой уже восседает на облаках рядом с любимой женой. Такие камни устанавливали в память о погибших воинах, а потом потихоньку начинали молиться им, как местным богам. Так в Индии развивался культ предков и поддерживалось особо почтительное отношение к старшим родственникам, которое, как мы потом увидели, с веками никуда не делось.

Выйдя из музея, мы решили мельком заглянуть на местный рынок. Один из русских туристов в нашем отеле рассказывал за завтраком, что на рынке в Старом Гоа всё гораздо дешевле, чем на туристических рынках на побережье, и даже торговаться не нужно. Сурья отговаривал нас идти на этот базар, говоря, что там нет ничего интересного. Но мы всё-таки улизнули из-под его бдительного присмотра и быстренько пробежались по рядам. Вынуждена признать, что Сурья был прав. Рынок рассчитан на местное население, здесь торгуют незнакомыми нам продуктами, повседневной одеждой и всякими малоинтересными вещами. Цены, конечно, низкие, но, кроме дешёвеньких и довольно обычных серёжек мы там ничего не купили.

Рынок в Старом Гоа

С центральной площади хорошо видна высокая полуразрушенная башня на холме. Вернувшись к Сурье, мы попросили его отвезти нас туда. Башня оказалась остатками монастыря Св. Августина, который сейчас лежит в руинах. Руины, надо сказать, весьма живописные.

Руины монастыря Св. Августина
На выезде из города мы заехали в очень дорогой магазин для туристов под названием Miracle House (Дом чудес). Магазин действительно дорогой почти до неприличия, но тех товаров, которые в нём продают, не найти на местных рынках. Здесь мы купили совершенно восхитительный кашмирский платок, такой дивной расцветки и тончайшей выделки, что я всю обратную дорогу держала его в руках и не могла поверить своему счастью.

Из старой столицы штата мы поехали в новую – в город Панаджи. Как любая уважающая себя столица, Панаджи живёт шумной и суматошной жизнью. Здесь сосредоточены офисы, фирменные магазины и дорогие рестораны. Всё это, конечно, миниатюрное и немного облезлое, на гоанский манер, но всё равно центральный город ни с чем не спутаешь. Пока мы ползли по центральным улицам, произошло какое-то не очень понятное мне событие. К машине кто-то подбежал, через окно быстро передал нашему водителю какие-то бумаги и тут же исчез. Сурья пояснил, что это был его сын, который передал ему документы на выезд за границу штата, которые понадобятся завтра, когда мы поедем в Хампи. Мне было очень жаль, что я не успела ни поздороваться с сыном Сурьи, ни даже толком увидеть его, но мы уже удалялись от центра города.

Сурья из окна машины показал нам большой белокаменный храм, но движение было настолько плотным, что остановиться возле него не получилось. Потом он завёз нас в тихий португальский квартальчик, в котором, насколько я поняла, практически все дома стоят в неизменном виде аж с 16 века. Не могу сказать, что дома эти особенно красивы, но всегда приятно прикасаться к старине.

На этом, судя по всему, наше сегодняшнее путешествие должно было закончиться. Но нам показалось, что впечатлений пока маловато. И Сурья, увидев наши разочарованные лица, повёз нас в Дону Паулу. Это, видимо, очень дорогой приморский курорт. По крайней мере, в гавани Доны Паулы мерно покачиваются мачты шикарных яхт, а городок состоит из одних вилл. Зато там есть видовая площадка. С неё, по правде сказать, открывается довольно заурядный вид на море, но мы для приличия всё-таки сделали пару кадров.

Пик жары уже прошёл, но оставалось ещё несколько световых часов, вполне пригодных для купания. Поэтому дальше мы отправились в уже знакомый нам Кандолим. По дороге, трижды извинившись, Сурья спросил, не будем ли мы против, если в поездку в Хампи с нами отправится его сын. Мы, разумеется, были не против, но причина, по которой сын захотел с ним ехать, признаюсь, меня удивила. Сурья, как обычно, не открывал нам никаких подробностей, но сказал, что сын очень переживает за него, когда отец отправляется в столь далёкое путешествие, и, если есть возможность, старается поехать с ним. Сурья выглядел вполне бодрым и здоровым человеком лет 45-50, к тому же он был очень опытным водителем, по его уверениям, он возил туристов в Хампи уже около 25 лет, и, казалось бы, не было особенных причин для волнения. Но гоанцы, похоже, совсем не так, как мы, относятся к своим родителям, и такой жест сына Сурьи нас удивил и тронул.

По дороге в Кандолим Сурья жизнерадостно рассказывал нам, какая прекрасная поездка в Хампи нам предстоит. Он обещал найти для нас русскоговорящего экскурсовода, который в день приезда не только покажет нам основные храмы, но и отведёт нас посмотреть на закат в каком-то особенно красивом месте. Потом мы заночуем в местной гостинице, а на следующий день будем встречать рассвет уже в другом живописном месте. И, если будет время, сам Сурья сводит нас в особый храм, куда не ходят иностранные туристы, потому что к нему нужно с молитвами подниматься на 600 ступеней вверх. Всё это казалось мне загадочной индийской сказкой, и сердце замирало от мысли, что завтра нам будет позволено тайком пробраться на её страницы.

У меня была одна причина, чтобы ехать в Хампи именно в эти дни. Дело в том, что в субботу в Арпоре устраивают ночной базар, на который я очень хотела попасть. Это была наша последняя возможность крупномасштабно закупить сувениры, да и вообще мне было любопытно, как выглядит рынок ночью. Я рассказала об этом Сурье, и он, в тысячный раз повторив своё классическое «no problem», пообещал из Хампи привезти нас прямиком в Арпору.

Он заранее спросил нас, какого класса гостиница нам нужна для ночёвки в Хампи, и объяснил, что, если нужно, подберёт для нас пятизвездочный отель с бассейном. Но мы уверили его, что нас устроит самый простой вариант, и ничего, кроме кровати, нам не нужно. Сурья, по-моему, остался доволен таким ответом, и сказал, что всё устроит. Он очень просил нас не задерживаться в Кандолиме, а пораньше приехать в гостиницу и как следует выспаться перед предстоящим путешествием. Мы поблагодарили нашего доброго водителя и распрощались с ним возле пляжа. В этот раз мы планировали возвращаться в отель на тук-туке, и в кои-то веки Сурья не стал с нами спорить, видимо, он и сам хотел отдохнуть перед дальней дорогой.

А у нас, честно-то говоря, на вечер были ещё большие планы. Нам нужно было как-то добраться до Баги на первую примерку костюма, который там шьют для Дениса. Мало того, мы ещё и созрели, чтобы заказать там пошив дублёнки. Поэтому, искупавшись в Кандолиме, мы решили, что двинемся в Багу пешком, прямо по пляжу. А, если окажется, что идти слишком далеко, то в любом месте выберемся в город и сядем на тук-тук.

Мы не были уверены, что через пляжи можно пройти насквозь, но в Индии чувствуешь себя таким здоровым и полным сил, что ходить пешком становится легко и приятно. Особенно по сырому песку, по кромке воды, по набегающей морской пене. Глупо и смешно в этом признаваться, но я была так переполнена радостью, что в Кандолиме, в том же самом шеке, что и в первый день, забыла вторую шляпу! И вспомнила о ней, кажется, только в Баге. Ну и шляпа же я!

Солнце садится за море довольно быстро. Потом ещё некоторое время белесое небо даёт немного света, но около семи вечера уже темно, как ночью. Во всех шеках разом загораются огни. Шустрые гоанцы быстро уносят с пляжа лежаки и расставляют столики прямо на песке. На каждый столик ставят свечу в каком-нибудь стеклянном подсвечнике, чтобы не задувало ветром, и весь пляж превращается в место для романтических свиданий. Правда, когда стемнеет, люди почему-то совсем не идут к морю и почти все столики пустуют. В некоторых шеках по вечерам устраивают вечеринки, в них играет такая заводная музыка, что ноги сами просятся танцевать.

Это был чудесный вечер. Море нежно подкатывало к самым ногам. Каждый попадавшийся на нашем пути шек радовал глаз своей иллюминацией, хотелось вдохнуть так глубоко, чтобы морской воздух навсегда остался с тобой, а вместе с ним осталось неповторимое чувство Индии. Идти было так легко, что хотелось гулять всю ночь, забыв про эту самую Багу, и про костюм, и про всё на свете. Хотелось танцевать, и петь, и радоваться тому, что тебе довелось жить в этом мире и прикасаться ногами к индийской земле.

Закат на пляже. Где-то между Кандолимом и Багой.

От морской воды мои волосы завились в такие тугие кудри, которых не могла дать никакая химия, лицо загорело на солнце, а тело чувствовало силу и молодость. И, к счастью, дорога до Баги была длинной. Мы всё пытались угадать, где заканчивается один пляж и начинается другой, но зачастую они практически сливались.

Где-то по пути, ближе к Баге, нам встретился индийский пляж. Иностранцев там совсем не было – только гоанцы и туристы из других штатов. Через это место мы постарались пройти побыстрее, потому что, рассевшись прямо на песке, индусы курили траву, жевали свои местные наркотики, и, хотя они не проявляли ни малейшей враждебности, видеть это было неприятно. Индусы почему-то не купаются в море – они в одежде заходят в воду примерно по колено и стоят. Причём стоят целыми толпами. И это скопление людей, которые стоят в воде и, кажется, даже немного колышутся на ветру, словно мачты кораблей, в темноте кажется немного пугающим. Судя по всему, этот индийский пляж – Арпора, Сурья когда-то говорил мне, что европейцам не стоит туда ходить.

Но индийский пляж мы прошли быстро, за ним было небольшое пространство без шеков, а дальше началась довольно длинная береговая линия Баги. Она вся сияла огнями, из каждого шека призывно играла музыка, и, даже не заходя в них, я невольно пританцовывала на ходу.

В Баге на Дениса примерили вывернутый наизнанку костюм, что-то обозначили на нём мелом, что-то закололи булавками, и нас отпустили. Я спросила в этом же ателье, шьют ли они изделия из кожи, оказалось, что шьют, но только пиджаки и лёгкие куртки без подкладки. Зато сотрудник магазина любезно предложил показать нам, где шьют прекрасную зимнюю одежду. Он вместе с нами вышел из магазина и, к нашей бурной радости, привёл нас в лавочку тех самых гималайцев, с которыми мы общались два дня назад. У них мы провели довольно много времени, потому что мой словарный запас в области деталей одежды оказался предательски маленьким, и переговоры о модели дублёнки пошли тяжело. Так или иначе, мы заказали у них и дублёнку для меня, и кожаную куртку для Дениса, и распрощались с ними только около восьми часов, с ощущением, что мы что-то заказали, но понятия не имеем, что именно.

У нас на тот момент практически закончились местные деньги, искать пункт обмена в ночной Баге не хотелось, и мы понадеялись, что разменяем деньги завтра утром, по дороге в Хампи. На последние деньги мы взяли тук-тук, и через полчаса были в отеле.

Вечером мы собирали вещи для поездки в Хампи. Не хотелось тащить с собой полный рюкзак, но было не совсем понятно, что может понадобиться в дороге. Я взяла самое необходимое из аптечки, длинную юбку, одно полотенце, фотоаппарат и купленную накануне пачку местного печенья. Спать, как назло, не хотелось, мы допоздна просидели на балконе, потом вдвоем слопали некрупный местный арбуз, и угомонились только ближе к полуночи.

Арбуз

Как специально, мне не спалось перед поездкой. Завтрашний день представлялся мне совершенно необыкновенным, и в мыслях о нём я всю ночь изучала потолок.