?

Log in

 
 
17 Декабрь 2013 @ 15:01
Гоа, день десятый  
Морджим, Бага и снова Морждим, завершение начатого

На утро мы искупались, позагорали, а, когда солнце стало припекать, спрятались под крышу шека. Денис распробовал горячий чай с масалой (сбор местных специй) и пил его кружку за кружкой. А я удобно разложила по столику кипы бумаг и путеводителей, придавила их посудой, чтобы не разлетались на морском ветру, и принялась за работу. Писать приходилось от руки, чем я, к стыду своему, давненько не занималась. Тетрадью мне служил детский альбом для рисования, купленный за 15 рупий (7,5 рублей) в ближайшем магазинчике. Работалось мне с удовольствием.

Морджим, Lovely Jubbly Shack

Около двух часов дня я ненадолго оторвалась от текста, потому что почувствовала на своей спине чей-то взгляд. В дверях шека стоял Сурья и улыбался до ушей. Он подошёл к нам, спросил, как нам отдыхается, и сказал, что приехал посмотреть, всё ли у нас в порядке. На мой вкус, проехать двадцать километров, чтобы узнать, всё ли у нас в порядке – это немного слишком. Но, к счастью, Сурья слегка лукавил, он приехал сюда для того, чтобы поиграть в карты с хозяином шека, ну, за одно и нас проведать.

А нам почему-то было спокойнее, когда он рядом.

Часам к пяти я дописала текст экскурсии, прочла его Денису, и мы исправили мелкие недостатки. Удалившись в нашу хижину, мы настроили диктофон на телефоне и приступили к записи. Но не тут-то было! В этот день я осознала все сложности работы диктором. Казалось бы, всё, что от меня требовалось – это ровно, громко и без запинок прочитать несколько страниц знакомого текста на родном языке. Но на какой-нибудь фразе я обязательно сбивалась. Или проглатывала слово, или запиналась, или путала буквы. А те лёгкие недочёты, на которые в разговорной речи мы не обращаем внимания, на записи страшно режут слух. Я нервничала, сбивалась и начинала заново раз десять. Но время поджимало, и пришлось оставить это дело до вечера. Сурья уже стоял возле машины, приглашая нас ехать в Багу.

В Багу мы ехали по делам – там нас ждал сшитый для Дениса костюм, куртка и моя дублёнка. Все три вещи вышли удачными. Мы быстренько всё померили, расплатились, купили ещё несколько сувениров и загрузили добычу в багажник. Сурья сильно удивлялся, он никогда не видел такой тёплой одежды и не понимал, зачем везти её из Индии, пришлось объяснить, насколько дороги у нас такие же вещи. Осмотрев объемы покупок, я сообщила ему, что завтра нам придётся покупать второй чемодан, Сурья сказал, что заедет за нами утром и по дороге в отель завезёт на рынок в Мапусу. У нас оставался последний денёк в Индии – послезавтра утром самолёт.

Бага, примеряем обновки

Вечером в двух соседних шеках играла музыка, а нам нужна была тишина для записи экскурсии. Поэтому мы снова двинулись по пляжу в направлении Ашвема и Арамболя (кстати, до Арамболя так дойти не получается, по крайней мере в темноте: часть береговой линии совсем не освещена и не понятно, что там, похоже, камни). Где-то в районе Ашвема мы увидели очаровательный шек: с дивными фонарями ручной работы, с плетеной мебелью, гамаками, беседками, со столиками на крыше – в общем, сказка. И, главное, ни там, ни в ближайших кафе не было музыки. Мы зашли и спросили, можно ли заказать у них горячий чай и поработать за дальним столиком. Нам объяснили, что кухня вот-вот закроется и весь персонал уйдёт, но, если мы возьмём чай и расплатимся, то можем сидеть здесь вдвоём хоть до утра. Это была редкая удача. Кроме нас в шеке не было ни души, поэтому мои ораторские упражнения никому не мешали. Даже Денис ушёл обратно в нашу хижину за фотоаппаратом, чтобы снять, как здесь красиво. Поэтому около получаса я сидела на плетёном диванчике наедине с диктофоном и рассказывала ему про португальские церкви. Неудачных попыток было множество, но, когда Денис уже вернулся, мне всё-таки удалось сделать более-менее ровную запись. Вся экскурсия заняла около 11 минут, что неплохо, учитывая, что поездка до Старого Гоа на машине длится полчаса.

Где-то между Морджимом и Ашвемом

Мы возвращались по пляжу в свою хижину под яркими звездами и перевернутым полумесяцем. В этот вечер во мне поселилась такая печаль, что не описать словами. Казалось бы, впереди ещё целый день, но себя никак не обманешь: этот день будет последним.

Вечером вышла маленькая неприятность. В соседнем шеке, прямо за тонюсенькой стеной нашей хижины, вовсю играла музыка. Днём Сурья говорил мне, что по закону музыку должны выключать ровно в 11 вечера, если этого не происходит, можно сразу же вызывать полицию. Он даже телефон мне продиктовал, но я, разумеется, пропустила это мимо ушей, думая, что такая информация мне ни за что не пригодится. В одиннадцать часов музыка и не думала умолкать. Нам очень хотелось спать, но мы пока не шли жаловаться на шум, потому что у меня возникла и ещё одна внештатная ситуация. Подруга, узнав, что я в Индии, попросила меня привезти для неё кое-какие специи. И в этот вечер она начала по одному присылать мне сообщения с названиями нужных ей трав. Всего получилось 84 пункта, и процесс пересылки названий занял около часа. Поэтому до 12 ночи под неумолкающую музыку я переписывала названия специй с экранчика телефона на бумагу. Утром нам предстояло где-то эти специи искать.

После полуночи список специй завершился, а музыка – нет. Поэтому мы оделись и пошли в соседний шек. Там, разумеется, за бутылкой чего-то крепкого восседала компания русских туристов. К счастью, им музыка была не нужна. Официант, видимо, догадался по моему хмурому лицу, что я весьма недовольна, и с извинениями выключил это безобразие.

Мы наконец-то остались в тишине и легли спать.